Последний гипербореец (hyperboreus) wrote,
Последний гипербореец
hyperboreus

Category:

Апология поэтического обмана

Отрошенко В. Гоголиана и другие истории. — М.: Издательство Ольги Морозовой, 2013



Маршруты, по которым свободно перемещается Владислав Отрошенко, были проложены в прошлом веке двумя великими путешественниками: Даниилом Хармсом и Хорхе Луисом Борхесом. Они обнаружили, что рельеф бесконечного пространства культуры куда прихотливее, чем казалось до этого: покорение вершин требует здесь порой землеройных устройств, а купание в озере — наличия за спиной парашюта. Иными словами, ступающий на территорию ничем не ограниченного воображения да оставит все представления о реальном мире, его законах, правилах и привычках. И первая здесь заповедь — не верь поэтам. Точнее, не думай, будто суждение поэта «Я видел кошку» чем-то отличается от его же «Я видел единорога». И то и другое — одного плана, одного порядка, одной истинности. Ибо суть не в видимом, а в видящем. По крайней мере, так обстоит дело в мире, порталы в который — тексты и книги.

Герои Отрошенко — те самые вершины мировой культуры, отлитые в металле классики: Гоголь, Пушкин, Тютчев, Платонов, Овидий, Катулл. Забронзовевшие настолько, что нынешние исследователи позволяют себе лишь почтительно смахивать с них пыль, давно позабыв, что перед ними — не канонические евангелисты, а живые люди и, более того, великие поэты, для которых воображение значило куда больше всякой реальности. Написаны тома по поводу загадочной ссылки Овидия на Чёрное море, предложены более сотни версий её причин, а того представить не могут, что поэт её просто выдумал, мистифицировав даже не современников (те как раз всё знали, поэтому и словом не обмолвились, что их великого соотечественника якобы «изгнали» на край света!), а своих слишком доверчивых, слишком буквальных потомков. Зачем обманул? Так ведь не обманул даже, а действительно жил десять лет в изгнании — только не сам Овидий, а его лирический герой. Нужно ли добавлять, что большой поэт не видит здесь никакой разницы?

Под остро отточенным пером автора оживают такие лукавые, такие чудаковатые, такие невозможные персонажи человеческого духа. Они ведут меж собой разговоры, не замечая эпох и континентов, они вещают от имени вечности, а потому игнорируют любые общественные порядки и нормы, ведь sub specie aeternitatis их попросту не существует. Каждый микрорассказ Отрошенко настаивает именно на этом. Вот Гоголь не показывает паспорт таможенным чиновникам, делая вид, что потерял, вдруг находит, отдаёт и уже не принимает назад — одним словом, ведёт себя неподобающе. Что это — блажь, невроз или, как сказали бы сейчас, троллинг? Всё было бы так, коль Гоголь с паспортом и всеми потрохами напрочь принадлежал будничной реальности, однако это справедливо только для самой бумажки, и то — лишь наполовину. Ведь она — собственность Гоголя, а потому и мерцает, появляясь то здесь, то там — в мире, где, например, носы чиновников живут собственной жизнью. Но как это объяснить самим чиновникам? А ведь Гоголь — честь ему и хвала — даже пытается!

«Поэзия есть преображение действительности, самой конкретной» — цитирует Отрошенко Ходасевича в по-настоящему детективном сюжете об итальянской речке Бренте. Причём не только творчеством, но всем течением жизни своей, её строем и качеством преобразует поэт пресловутую действительность. Да так, что подлинной действительностью оказывается совсем иная реальность — воображаемая. Ни на одной исторической карте не сыщешь Вавилонскую башню, однако она вот уже несколько тысяч лет определяет культурный ландшафт европейской цивилизации. Несколько кирпичиков добавил к ней и наш автор, рассказав о языках её строителей. Есть среди них язык всего с пятью словами и есть с восемьюстами миллионами, есть такой, на котором нужно говорить непрерывно, иначе всё забудешь, а есть другой, на котором, наоборот, нужно молчать, и именно паузы в молчании порождают смысл. Но самый удивительный язык — у народа удбор. Дело в том что такого народа нет и никогда не было, удборский же язык существует сам по себе, по прихоти Творца. И это восхитительнейший пример и аналогия творчеству любого поэта. Не привязывайте его к будничной реальности, пожалуйста.
Subscribe

  • Заупокойные песни Шарабан‑Мухлюева

    На Горьком — моя очередная рецензия на очередной роман Пелевина Достигнув самого дна янг-эдалта и нью-эйджа в предыдущем романе, Виктор Пелевин…

  • Буддизм и современная наука

    Когда-то давно, во времена донаучные и несерьезные, буддистам, чтобы противостоять соблазнам и вырабатывать трезвый взгляд на подноготную мира сего,…

  • Из Шарабан-Мухлюева

    Вот такая подборка афоризмов из нового Шарабан-Мухлюева Пелевина. Негусто, конечно.. ``` Мир — это тир, люди в нем не актеры, а…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments