Последний гипербореец (hyperboreus) wrote,
Последний гипербореец
hyperboreus

Categories:

Осмысляя скорую смерть

Брайан Грин в своей недавней книжке "До конца времен. Сознание, материя и поиски смысла в меняющейся Вселенной" вспоминает, как ему из аудитории задали неожиданный вопрос: "Какая новость подействовала бы на вас сильнее: что у вас остался год жизни или что через год Земля будет уничтожена?" Грин сразу не нашелся что ответить, но, поразмыслив позднее, он пришел к выводу, что однозначным ответом на этот вопрос будет выбор второго варианта.

Вот как он пишет: "Если мой собственный близкий конец повысил бы для меня интенсивность жизни, одарил значимыми моментами, которые в противном случае могли утонуть в рутине повседневности, то размышления о конце целого биологического вида вызывают противоположный эффект и порождают чувство тщеты. Захотел бы я снова встать утром и заняться физикой? Стал бы я дописывать начатую книгу? Отправил бы детей в школу? Все вокруг показалось бы бессмысленным".

Эта реакция понятна, но мне она кажется не до конца продуманной. Если пристальнее заглянуть в человека, легко найти противоположную позицию. Моя личная скорая кончина делает мою оставшуюся жизнь столь бессмысленной и невыносимой именно потому, что никому до этого нет дела: остальные-то живут дальше как ни в чем не бывало. Весь мир продолжает существовать как ни в чем не бывало, как будто меня и не было, как будто я и не жил вовсе, как будто я уже умер давно, надежно забыт и вообще был не нужен. Человечество продолжит существовать: познавать, развиваться, развлекаться — кажется, еще целую вечность лет. Вот что угнетает много более самого по себе ухода.

Напротив, знание совместного конца, даже доступное только мне одному, меняет принципиально мое отношение к этому. Умирать вместе вообще легче — это культурный факт, — вдобавок такое знание наделяет меня "элитным" статусом тайного пророка. Только я знаю о всеобщем конце — это позволяет мне тайно или явно сочувствовать всем остальным — вместо того чтобы самому быть объектом отвратительного сочувствия. Как носитель тайного знания, я возношусь выше прочих — они погибнут и не знают об этом, я, хоть и погибну, но знаю. Но даже если я скажу им об этом, ситуация все равно неизмеримо выигрышнее для меня: погибнут все — стало быть, моя смерть — не случайная нелепость, но часть мировой истории, элемент судьбы всего человечества, выход на сцену в подлинной трагедии, а не в пошлой комедии. А быть причастным к подобному исходу — разве не существо всех литературных и кинематографических апокалипсисов, концов света, гибелей богов? В этом и только этом я могу найти смысл моей смерти — которая иначе абсолютно бессмысленна в персональном, обособленном варианте. Поэтому это не эгоизм — это осмысленность.
Subscribe

  • Заупокойные песни Шарабан‑Мухлюева

    На Горьком — моя очередная рецензия на очередной роман Пелевина Достигнув самого дна янг-эдалта и нью-эйджа в предыдущем романе, Виктор Пелевин…

  • Буддизм и современная наука

    Когда-то давно, во времена донаучные и несерьезные, буддистам, чтобы противостоять соблазнам и вырабатывать трезвый взгляд на подноготную мира сего,…

  • Из Шарабан-Мухлюева

    Вот такая подборка афоризмов из нового Шарабан-Мухлюева Пелевина. Негусто, конечно.. ``` Мир — это тир, люди в нем не актеры, а…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments

  • Заупокойные песни Шарабан‑Мухлюева

    На Горьком — моя очередная рецензия на очередной роман Пелевина Достигнув самого дна янг-эдалта и нью-эйджа в предыдущем романе, Виктор Пелевин…

  • Буддизм и современная наука

    Когда-то давно, во времена донаучные и несерьезные, буддистам, чтобы противостоять соблазнам и вырабатывать трезвый взгляд на подноготную мира сего,…

  • Из Шарабан-Мухлюева

    Вот такая подборка афоризмов из нового Шарабан-Мухлюева Пелевина. Негусто, конечно.. ``` Мир — это тир, люди в нем не актеры, а…