Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

Инь-Ян

Последнее деянье Гильгамеша

Как известно, последняя, XII таблица "Эпоса о Гильгамеше" (где герой встречается с духом Энкиду из подземного мира), хотя и представляла древнюю шумерскую легенду, была добавлена к основному аккадскому тексту значительно позднее. Удивительно, но, похоже, безымянный автор литературного эпоса (Синлекеуннинни ?) или совсем не верил в посмертное существование, или считал его чем-то вроде "не-жизни" гомеровских теней, утративших и память, и разум, а потому недостойной человека. Рассказывая о судьбе Энкиду, Гильгамеш несколько раз повторяет: "Друг мой любимый стал землею". В своем неутешном горе герой тем не менее не оставляет для себя никакой надежды на загробную встречу с "любимым другом". Более того, он неудержимо стремится к бессмертию в этом мире, тем самым навсегда закрывая для себя возможность соединиться с Энкиду под властью госпожи Эрешкигаль. Вот вам и братская дружба! Разумеется, подобные мотивы вызывали закономерное неприятие у некоторых "высокопреосвященных" читателей, что и послужило, по-видимому, причиной извлечения из пыльных архивов древней таблички о возвращении Энкиду из подземного мира. С механически вырезанным началом она стала той самой завершающей главой "Эпоса о Гильгамеше". Своего рода хеппи-энд: герои воссоединяются, космический порядок непреложен.



Collapse )
Инь-Ян

Вечно актуально...

Как нынче, Пушкин, ты России нужен!
Она — болото; меч, перо, амвон,
Село и замок впали в мутный сон.
Мы себялюбцы, и наш дух недужен.

Вернись же к нам, дабы тобой разбужен
Был край родной и к жизни воскрешен!
Пусть мощным, вольным, властным станет он
И с добродетелью исконной дружен.

С душой, как одинокая звезда,
И речью, словно гул стихии водной,
Как небо чист, могучий и свободный,
Ты бодро-благочестным был всегда,

Взвалив на сердце, в простоте безгневной,
Убогий труд работы повседневной.

Уильям Вордсворт. 2014
Инь-Ян

Лицо петербургской национальности

Мимо такого текста пройти не мог

Здесь говорят как пишут: "конечно", а не "конешно", "булочная" вместо московской "булошной", петербуржец "жалеет", а не "жилеет". Гласные не тянутся, как, скажем, в ельцинском "паанимаешь". В Петербурге не говорят "проездной билет" (по-петербургски — карточка), бордюр заменяют поребриком, белый хлеб — булкой, подъезд — парадной. Петербургская речь подразумевает четко организованную фразу с подлежащим, сказуемым, выделенным логическим ударением. Послушайте Путина.

Поведению петербуржца свойственна подчеркнутая сдержанность. В общественном транспорте — настороженное молчание, взгляд избегает взгляда, случайное прикосновение — как удар электрического тока. Громкий разговор встречает всеобщее молчаливое осуждение.

Collapse )
  • Current Music
    *** 1. TZ.P2 - Heimkehr